По логике, «ЛНР» и Крым в какой-то мере «побратимы». Но какой же дорогой и от этого неласковый, наш южный «брат»!

Мы жмемся в кучку у автобуса – те, кого везут из «республики» в Крым. Для всех это явно не рядовая поездка. В большинстве своем это женщины и дети, потому что для всей семьи Крым – непомерная роскошь. Мужчины снаряжают отдыхать жен и детей, отдых всей семьей разорвет семейный бюджет в клочья, на этот отдых и так копили год. Женщины одеты подчеркнуто красиво – золото в ушах, на пальцах и на шее, свежие прически, яркий маникюр, педикюр. Те, кто моложе с нарощенными ресницами и татуажем. В этом тоже особенность этой поездки и ее ценность для многих – большинство едет в Крым в первый раз за долгое время. Волнение и нервозность перевешивают предвкушение долгожданного отпуска.

Первая граница – выезд из «республики». Еще в прошлом году у нас просто собирали паспорта и свидетельства о рождении детей, возвращали после проверки по какой-то внутренней базе на беглецов, дезертиров, преступников. Сейчас мы выстраиваемся вереницей перед «ЛНРовским» пунктом пропуска – нас всех проверяют по компьютерам. Долго, хотя работают два окна в будке с крошечным, скорее символическим навесом. Автобус ждет нас в «ноле». Мы тихонько ропщем – зачем это?

Столько проверок – через десяток метров нас будет поверять Россия, зачем проверять нас дважды? Да и пункт пропуска странный: представьте себе огромное поле через которое проходит дорога, а пункт пропуска на этой дороге, где само поле не ограждено – переходи в любом месте. Люди шепчутся: «Стоим на солнце уже час. Зачем?». Другие размышляют вслух: «Если перейти через поле, они поймают?» И правда, из интереса, если не стоять в этой очереди, а перебраться через реку, или через поле, будет ли погоня? Я вижу человека в военной форме и сланцах – банных тапочках на пыльных босых ногах. К его попе привязан кусок каремата, похоже, его служба проходит на чем-то жестком раз такая странная амуниция. Но автомат и банные тапки сочетаются странно, как в детских задачках на логику «что здесь лишнее». Как будто «республика» выпускает нас очень неохотно, а Россия принимает еще более неохотно. Всем возвращают документы и мы спешим к границе с Россией. Там все чуть солиднее – досмотр вещей, проверка паспортов.

Женщина, проверяя мой паспорт, явно не по протоколу уточняет о природе визы в нем – почему, выехав, я не осталась жить за границей. Явно не по протоколу и не патриотично по отношению к стране, которую она представляет. Наши вещи досматривают, говорят, из «ЛДНР» потоком на продажу и на сувениры идет оружие. В воздухе волнение – никто толком не знает правил пересечения границы, поэтому на любое замечание, кроме собственного апломба, нам парировать нечем. Кое у кого местные паспорта, российских я не вижу ни у кого. Туалет на этом пункте пропуска в плачевном состоянии – нет двери в одной из кабинок, нет воды, нечисто. Слишком велик поток пересекающих границу – такая же ситуация с туалетами на каждом КПП с Россией.

Еще один контраст – туалет перед границей еще на стороне «республики» нелеп и забавен: искусственные и живые цветы в вазах, старушка с ярким макияжем «обилечивает» туалетной бумагой, посещение – 10 рублей. И каждый следующий туалет в России уже от 20 рублей.

Отменные дороги, дорогие туалеты, иллюминация, ночная жизнь, множество придорожных кафе – совсем другая жизнь. И мы снова жмемся друг к другу и к автобусу. Женщины со свежим маникюром и пониманием того, что денег, которые собирали год, не хватит ни на что…

Ольга Черненко, 24 канал